Глава восьмая
КРАСНАЯ ШАЛЬ
Наверное, мы простояли так меньше минуты, но мне показалось, что прошел час. Мы оцепенели от ужаса. Потом Пуаро сбросил мою руку и, словно деревянный, двинулся вперед.
- Случилось-таки, - пробормотал он, и я не в силах описать боль и горечь, звучавшие в его голосе. - Никакие предосторожности... ничто не помогло. Преступник, жалкий преступник - зачем я не охранял ее лучше? Я должен был предвидеть. Я должен был ни на секунду не спускать с нее глаз. - Не взваливайте всю вину на себя, - сказал я.
Язык мой словно прирос к гортани и плохо слушался меня.
Пуаро лишь сокрушенно покачал головой. Потом он опустился на колени рядом с телом.
И тут на нас обрушилась новая неожиданность.
Мы услышали голос Ник, веселый и звонкий, и в ту же минуту в освещенном проеме окна возник се силуэт.
- Не сердись, что я так задержалась, Мегги, - говорила она. - Я...
Вдруг она оборвала речь на полуслове, словно задохнувшись. Пуаро охнул и перевернул лежащее на траве тело. Я ринулся к нему.
Передо мной было мертвое лицо Мегги Бакли.
Через минуту Ник была уже возле нас.
Она пронзительно вскрикнула:
- Мегги! Ой! Мегги! Не может...
Пуаро все еще осматривал тело. Наконец он очень медленно поднялся на ноги.
- Она... она... - Ник не могла справиться со своим голосом.
- Да, она мертва, мадемуазель.
- Но почему же, почему? Кому понадобилось ее убивать?
Он ответил ей не задумываясь и очень твердо:
- Никто не собирался убивать ее, мадемуазель. Убить хотели вас. Убийцу ввела в заблуждение красная шаль.
У Ник вырвался тяжелый стон.
- Ну отчего же, отчего не меня! - вне себя выкрикнула она. - Так было бы во сто раз лучше. Я не хочу теперь, не хочу больше жить! Я рада, счастлива была бы умереть.
Она в отчаянии вскинула руки и пошатнулась. Я быстро подхватил ее.
- Уведите ее в дом, Гастингс, - распорядился Пуаро. - А потом позвоните в полицию.
- В полицию?
- Ну да! Скажите им, что здесь застрелили человека. А после этого оставайтесь с мадемуазель. Не покидайте ее ни под каким видом.
Я понимающе кивнул и, поддерживая девушку, которая еле передвигала ноги, повел ее в гостиную. Уложив Ник на диван, я подсунул ей под голову подушку и кинулся в холл, чтобы позвонить.
Столкнувшись нос к носу с Эллен, я слегка вздрогнул. Она стояла возле самых дверей с каким-то неописуемым выражением на респектабельном постном лице. У нее дрожали руки, глаза лихорадочно блестели, и она поминутно облизывала пересохшие губы. Едва увидев меня, она сразу заговорила:
- Что-нибудь... случилось, сэр?
- Случилось, - отрезал я. - Где телефон?
- Но ведь... никакой беды, сэр?
- Произошел несчастный случай, - уклончиво ответил я.
Один человек пострадал. Я должен позвонить.
- А кто этот человек, сэр?
Она буквально ела меня глазами.
- Мисс Бакли. Мисс Мегги Бакли.
- Мисс Мегги? Мисс Мегги? И вы уверены, что не ошиблись... то есть уверены, что это именно мисс Мегги?
- Совершенно уверен, - ответил я. - А в чем дело?
- Да ни в чем. Я подумала, что, может быть, это какая-нибудь другая дама, например... миссис Раис.
- Послушайте, - перебил я ее, - где у вас телефон?
- Вот здесь, в маленькой комнате, сэр.
Она открыла дверь и указала на аппарат.
- Спасибо, - ответил я. И, заметив, что она не собирается уходить, добавил: - Мне больше ничего не нужно, благодарю вас. - Если вам нужен доктор Грэхем...
- Нет, нет, - ответил я. - Мне никто не нужен. Идите, пожалуйста.
Она удалилась очень неохотно и так медленно, как только позволяли приличия. Скорей всего, она осталась подслушивать за дверью, но тут уж я ничего не мог поделать. К тому же рано или поздно она бы и так все узнала.
Я связался с полицией и сообщил о случившемся. Потом уже по собственному почину позвонил доктору Грэхему, о котором упоминала Эллен. Его номер я разыскал в телефонной книге. Мне пришло в голову, что если он не в силах помочь бедняжке Мегги, то Ник, во всяком случае, нуждается в помощи врача. Он обещал прийти немедленно. Я повесил трубку и вернулся в холл.
Если Эллен и подслушивала, то она умудрилась молниеносно исчезнуть. Когда я вышел в холл, там не было ни души. Я вернулся в гостиную и увидел, что Ник пытается приподняться.
- Не могли бы вы принести мне немного бренди?
- Разумеется.
Я торопливо прошел в столовую, нашел бутылку и вернулся к девушке. Несколько крохотных глотков вернули ее к жизни, щеки ее слегка порозовели. Я поправил полушку.
- Как все ужасно! - Она вздрогнула, как от озноба. - Все, все ужасно!
- Я знаю, милая, знаю!
- Нет, вы не знаете, не можете знать. И как нелепо! Если б это была я. Все бы уже кончилось.
- Не надо так убиваться, - заметил я.
Но она только качала головой и все повторяла:
- Если б вы знали! Если б вы только знали!
Неожиданно она начала плакать.
Она всхлипывала отчаянно и тихо, как ребенок. Я подумал, что выплакаться ей сейчас, пожалуй, важнее всего, и не стал мешать ее слезам.
Когда первая волна горя немного улеглась, я потихоньку прошел к окну и выглянул наружу. За несколько минут до этого я слышал громкие крики. Теперь гости уже все собрались возле дома и выстроились полукругом около места, где разыгралась трагедия, а Пуаро, словно сказочный страж, не давал им подойти ближе. Потом я увидел двух человек в мундирах. Они широко шагали по траве. Прибыла полиция.
Я тихо вернулся и сел возле дивана. Ник повернула ко мне заплаканное лицо.
- Мне нужно что-то делать?
- Ничего, милая. Все сделает Пуаро. Предоставьте это ему.
После небольшой паузы она снова заговорила:
- Бедная Мегги! Бедная душечка Мегги... Такая добрая, за всю жизнь и мухи не обидела. И надо же, чтобы это случилось с ней! У меня такое чувство, словно я сама ее убила... ведь это я позвала ее сюда.
Я грустно покачал головой. Мыслимое ли Дело предугадать будущее? Когда Пуаро потребовал, чтобы Ник пригласила к себе подругу, приходило ли ему в голову, что он тем самым подписал смертный приговор какой-то незнакомой девушке?
Мы замолчали. Мне мучительно хотелось узнать, что происходит там, за дверями, но я честно выполнял указания Пуаро и словно прирос к своему месту.
Казалось, прошли долгие часы, прежде чем дверь, наконец, отворилась и в комнату вошли Пуаро с полицейским инспектором. С ними был еще один человек, как видно, доктор Грэхем, Он сразу же направился к Ник.
- Ну, как вы себя чувствуете, мисс Бакли? Ужасное потрясение, правда? - Он пощупал у нее пульс. - Могло быть хуже.
Потом он обратился ко мне:
- Вы ей что-нибудь давали?
- Немного бренди, - ответил я.
- Со мной все в порядке, - отважно заявила Ник. - И вы можете ответить на несколько вопросов?
- Конечно.
Инспектор кашлянул и выступил вперед. На лице Ник мелькнуло слабое подобие улыбки.
- На этот раз я не нарушала правил уличного движения, сказала она.
Я догадался, что им уже приходилось встречаться.
- Ужасное несчастье, мисс Бакли, - заговорил инспектор. -Искренне вам сочувствую. Однако, как уверяет меня знаменитый мистер Пуаро, - а сотрудничество с ним для нас, разумеется, большая честь, - позавчера утром возле отеля "Мажестик" кто-то стрелял и в вас.
Ник кивнула.
- Я думала, что это оса, - пояснила она. - Но оказалось, что я ошиблась.
- А перед этим тоже произошло несколько подозрительных случаев?
- Да... во всяком случае, уж очень странно, почему они так быстро следовали один за другим.
Она коротко рассказала о каждом.
- Вы правы. А как вышло, что шаль оказалась на вашей кузине?
- Мы пришли за ее жакетом - в саду было довольно холодно. Я бросила шаль здесь, на диван, поднялась наверх и надела свою накидку из нутрии, ту, что сейчас на мне. Я захватила еще плед для моей подруги, миссис Раис, из ее комнаты. Вот он лежит на полу у окна. Потом Мегги крикнула мне, что никак не найдет свой жакет - она искала свой твидовый жакет, у нее ведь нет мехового.
Я посоветовала ей посмотреть внизу. Она спустилась вниз и снова крикнула, что не может найти его. Тогда я сказала, что он, наверно, остался в машине и что я принесу ей что-нибудь свое. Но она ответила, что не стоит, она просто накинет мою шаль, если та мне не нужна. Я отвечала, что, конечно, да, только шаль ведь не очень теплая. Но Мегги сказала: а, пустяки, после Йоркшира ей у нас почти не холодно, просто хочется что-нибудь набросить. И тогда я крикнула: "Ну ладно, я спущусь через минуту". А когда спустилась... когда спустилась...
Она не могла продолжать.
- Ну, перестаньте же так убиваться, мисс Бакли. Ответьте мне еще на один только вопрос... Вы слышали выстрел или два выстрела?
- Нет, только треск фейерверка и хлопанье петард.
- В том-то и дело! - воскликнул инспектор. - Когда вокруг творится такое, выстрела ни за что не услышишь.
Я думаю, бесполезно спрашивать, есть ли у вас какие-нибудь подозрения?
- Никаких, - ответила Ник. - Представить себе не могу...
- Иначе и быть не может, - подхватил инспектор.
- Маньяк, одержимый манией убийства, - вот как я объясняю это дело. Паршивая история. Ну, я, пожалуй, больше не стану сегодня беспокоить вас. Не могу выразить, как я огорчен.
Доктор Грэхем сделал шаг вперед.
- Я бы не советовал вам оставаться здесь, мисс Бакли. Мы как раз говорили об этом с мосье Пуаро. Я могу вам порекомендовать отличную лечебницу. Ведь после такого потрясения вам необходим полный покой.
Но Ник смотрела не на него, а на Пуаро.
- И все дело... только в потрясении? - спросила она.
Пуаро подошел поближе.
- Я - хочу, чтобы вы чувствовали себя в безопасности, дитя мое. И сам хочу знать, что вы в безопасности. У вас будет сиделка -милая, деловитая, без всяких фантазий. Всю ночь она будет сидеть возле вас. Если вы проснетесь и вскрикнете, она будет тут как тут. Понимаете?
- Я-то понимаю, - ответила Ник. - А вы - нет. Я ведь уже не боюсь. И мне все равно - так или иначе. Если кто-то хочет меня убить - пусть.
- Тс, - попытался я остановить ее. - Это нервы.
- Да вы же не знаете. Никто из вас не знает.
- Поверьте мне, мосье Пуаро дает вам превосходный совет, вкрадчивым тоном стал убеждать ее доктор. - Я бы отвез вас в своем автомобиле. И мы бы дали вам что-нибудь такое, чтобы вы могли как следует поспать. Ну, соглашайтесь же.
- Мне все равно, - сказала Ник. - Делайте как хотите, мне безразлично.
Пуаро положил руку на руку девушки.
- Я понимаю, мадемуазель, я знаю, что вы сейчас чувствуете. Взгляните, я стою перед вами, убитый и опозоренный. Я обещал быть вашим защитником и не смог сдержать слова. Я потерпел неудачу. Я жалок. Но верьте, это поражение не дает мне покоя. Если бы вы знали, как я страдаю, вы обязательно простили бы меня.
- Конечно, - все так же безучастно отозвалась Ник. - И незачем вам взваливать вину на себя. Я уверена: вы сделали все, что могли. И никто бы тут не помог и не сделал бы больше. Не огорчайтесь, не надо.
- Вы очень великодушны, мадемуазель.
- Да нет, я...
Она не договорила. Дверь распахнулась, и в комнату влетел Джордж Челленджер.
- Что тут произошло? - закричал он. - Я только что приехал. Возле ворот полиция, толкуют, что кто-то умер.
Что это все значит? Да скажите же мне, ради Бога. Это...
Ник?
В его голосе прозвучала невыносимая мука. Я вдруг сообразил, что Пуаро и доктор совершенно загородили от него девушку. Прежде чем кто-нибудь успел сказать хоть слово, он снова заговорил:
- Скажите мне... ведь это невозможно... Ник умерла?
- Нет, мой Друг, - ласково ответил ему Пуаро. - Она жива. И он отступил так, чтобы Челленджер смог увидеть девушку.
С минуту он оторопело разглядывал ее. Потом зашатался, как пьяный, бормоча:
- Ник... Ник...
Назад>>> 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 >>>Далее
